Это я, я ушла, а не ты! В черном сне, в депрессивном бреду
Я опять и опять возвращалась в гнилую весну
И тонула в тоске, и топилась в холодном пруду.
Каждый сон – это смерть. Я теперь никогда не усну.

Я спускалась в психоз, как еврейская девушка – в огненный ад,
И не знаю, могло ли больней быть – настал мой предел.
Всё фигня, кроме пчёл; но смогу ли вернуться в родной Петроград,
Где помечено всё, где везде – отражения двух наших тел,

Где вода – как мазут, лето – хмуро и серо, зима – не зима,
Где стихи неизбежно приходят чуть ближе к шести,
Где напишешь шедевр, сменишь имя, причёску и вектор ума,
Только вот от себя никуда не сумеешь уйти…